вторник, 6 декабря 2016 г.

Эдуард Пекарский. О рукописях В. М. Ионова по верованиям якутов. Койданава. "Кальвіна". 2016.



                                                                     ХV заседание,
                                                                25 октября 1922 года.
    Непременный Секретарь читал нижеследующую записку Э. К. Пекарского. «Я рассмотрел оставшиеся после смерти В. М. Ионова его многолетние собрания по верованиям якутов (главным образом) и фольклору. Материалы эти писаны по преимуществу по-якутски и представляют собою очень ценный источник для характеристики дохристианских воззрений якутов. Многие из них были в моих руках в качество материала для словаря якутского языка, в составлении которого покойный В. М. Ионов и непосредственно принимал ближайшее участие. С 1894 года В. М. Ионов, к этому времени уже достаточно ознакомившийся с якутскими верованиями, продолжал свои работы по поручению якутской Сибиряковской экспедиции в качестве члена таковой. Над изучением якутских верований В. М. продолжал работать и по прибытии в Петербург, где успел опубликовать часть свои материалов в виде нескольких статей, помещенных в «Сборнике МАЭ» («Орел по воззрениям якутов», «Дух-хозяин леса у якутов», «К вопросу об изучении дохристианских верований якутов») и в «Живой Старине» («Обзор литературы по верованиям якутов», ст. I, и «Медведь по воззрениям якутов»). Весь остальной материал оставался в сыром виде. Покойный основатель издания «Сборник МАЭ» академик В. В. Радлов, ознакомившись с предназначенными для Сборника статьями и с характером остального материала как из бесед с самим В. М., так и из неоднократных разговоров со мною, убедительнейшим образом настаивал на том, чтобы В. М. поторопился приготовить свои материалы к печати, не заботясь о дальнейшем их усовершенствовании в смысле полноты и детальной разработки, а ограничившись лишь приведением разрозненных материалов в систематизированный, хоть сколько-нибудь, порядок, при чем покойный В. В. обещал немедленно опубликовать их в основанном им издании «Образцы народной литературы якутов». Быть может, что слова покойного В. В. не остались без влияния на В. М. и имели своим результатом тот сравнительный порядок, в каком мы находим в настоящее время оставленное В. М. наследие. Большая часть материала сгруппирована в отдельные рубрики, числом 25, относящиеся исключительно к верованиям якутов, а именно:
    I. Шаманский костюм.
    II. Обряд в честь духа-хозяина земли.
    III. Молитва шамана Быккыjа при начале камлания.
    IV. Шаман Дыбдыjа камлал у попадей, страдавших глазной болезнью.
    V. Корень всех скверных болезней.
    VI. Предки Болугурской шаманки Ӱö1äн сыңалāбыт.
    VII. Шаманское призывание 7 дочерей князя Боруонjа, души коих, по смерти, обратились в особых духов, называемых ӱöр-ями.
    VIII. Рассказе сильном ӱöр-е I Игидейского наслега, Ботурусского (ныне Таттинского) улуса Якутского округа, называемом Iгiдäi аjӹта.
    IX. Дух-хозяин леса Барылāх.
    X. Рассказ о заколдованных.
    XI. Рассказ о волшебниках.
    XII. Рассказ об ӱöр?е, именуемом Кӹс Таңара (девица-божество).
    XIII. Как старинные люди молились божествам. Рассказ об ӱöр-е, именуемом Бахсы аjӹта.
    XIV. Род низших духов-пожирателей (абāсы).
    XV-XVII. Как шаман Кȳбä уола совершал заклинания над пьяницей.
    XVIII. Шаманский обряд. — Рукопись Н. А. Виташевского, взятая обратно 22. X. 1914 и использованная им в статье «Из наблюдений над якутскими шаманскими действиями» (Сб. МАЭ, т. V, вып. 1).
    XIX. а) Призывание человека, высекающего огонь; б) призывание «Призывателя божеств» (во время въезда невесты в дом жениха); в) отрывки из хороводной (плясовой) песни.
    XX. Как шаман Доjомпо камлал над больной глазами старухой Феодосьей.
    XXI. Шаманское заклинание при жертвоприношении живою скотиною.
    XXII. а) Сотворение человека и животных; б) богини создательницы собаки и человека; в) возникновение души человека.
    XXIII. О том, как Болугурская шаманка стала духом-ӱöр-ем (блуждающей душой).
    XXIV. Торжественные почести, возданные якутом Басыграс, сыном Мāтыска, жившим «семь поколений тому назад», жеребцу, которого он получил при выделении в самостоятельный дом.
    XXV. Черновик призывания во время почестей, упомянутых в предыдущем №-е Обряд воздаяния почестей богине-создательнице и призывание ее.
    К этой же группе материалов по верованиям нужно отнести и отдельные записи числом 845 №№, к коим В. М. успел составить особый указатель с подразделением на отделы, с подробным перечислением содержания каждого отдела и ссылкою на соответственный № записи. Таковы отделы: солнце, месяц, небо, земля, огонь, подземный мир, вода и водный мир, загробная жизнь, добрые и злые духи, душа (вернее души), шаман и шаманка, волшебство, животный мир, поверья и проч. Остальной материал распадается на следующие отделы: 1) Народная словесность (былины, песни, рассказы, пословицы и поговорки, загадки, призывания, рассказ о встрече якута с медведем, скороговорки). 2) Быт (о вывязке лошадей перед дорогой, беременность, сортировка шкур, относящиеся к этому отделу выписки из печатных материалов и самостоятельные заметки под заглавием: Тарбах кiстäсäр, Сылгы тöрȳрä). 3) Словарный материал. 4) Масса выписок (с критическими замечаниями) из литературы о якутах (Серошевский, Приклонский, Костров, Припузов, Ястремский, Худяков, Виташевский), главным образом касающихся религиозных воззрений якутов. 3) Материал для якутского букваря и якутской хрестоматии, отчасти уже напечатанной, и, наконец, 6) Смесь, куда отнесены записи самого разнородного характера, не вошедшие в предыдущие отделы. В заключение считаю долгом добавить, что материал В. М. по верованиям якутов помимо своего самостоятельного значения является очень ценной иллюстрацией тех выводов, которые сделал В. Ф. Трощанский в своей работе «Эволюция черной веры (шаманства) у якутов» и которые в большинстве случаев основаны на устных сообщениях покойного В. М., охотно делившегося с автором результатами своих наблюдений и кропотливых изысканий». Согласно, заключению Директора АМ, положено сообщить этому Музею о желательности приобрести материалы В. М. Ионова по верованиям якутов.
    /XV заседание, 25 октября 1922 года. // Известия Российской Академии Наук. Сер. IV. Т. XVI. № 1/18. Ленинград. 1922. С. 140-142./


                                                                        СПРАВКА


    Эдуард Карлович Пекарский род. 13 (25) октября 1858 г. на мызе Петровичи Игуменского уезда Минской губернии Российской империи. Обучался в Мозырской гимназии, в 1874 г. переехал учиться в Таганрог, где примкнул к революционному движению. В 1877 г. поступил в Харьковский ветеринарный институт, который не окончил. 12 января 1881 года Московский военно-окружной суд приговорил Пекарского к пятнадцати годам каторжных работ. По распоряжению Московского губернатора «принимая во внимание молодость, легкомыслие и болезненное состояние» Пекарского, каторгу заменили ссылкой на поселение «в отдалённые места Сибири с лишением всех прав и состояния». 2 ноября 1881 г. Пекарский был доставлен в Якутск и был поселен в 1-м Игидейском наслеге Батурусского улуса, где прожил около 20 лет. В ссылке начал заниматься изучением якутского языка. Умер 29 июня 1934 г. в Ленинграде.
    Кэскилена Байтунова-Игидэй,
    Койданава.


    Всеволод Михайлович Ионов - род. 11 февраля 1851 г. в губернском городе Астрахань, в дворянской семье. В 1875 г. отчислен из Санкт-Петербургского технологического института за революционную деятельность, в 1876 г. арестован в Москве и  в 1877 г. приговорен к 5 годам каторги, по отбытии которой в 1883 г. отправлен на поселение в Якутскую область. Первое время жил в 4-м Баягантайском наслеге Баягантайского улуса Якутского округа, затем во 2-м Игидейском наслеге Баягантайского улуса. В 1893 г. женился на якутке Марии Николаевне Андросовой. В ссылке близко сошелся с политическими ссыльными В. И. Виташевским, С. В. Ястремским и Э. К. Пекарским, которому помогал составлять словарь якутского языка. Принимал участие в ряде экспедиций по изучению языка и быта якутов и майинских тунгусов. В 1908–1910 гг. редактировал газеты «Якутская мысль», «Якутский край», «Якутская жизнь», содержал частную начальную школу. В 1911 г. выехал  в Санкт-Петербург, где работал в Императорской Академии наук в качестве ученого корректора. В 1917 г. переехал в Киев, умер 2 ноября 1922 г. на ст. Буча в Украине.
    Христина Андросова-Слепцова,
    Койданава